Сегодня празднуется 140-летие легендарного русского певца Федора Шаляпина. Его фигура уникальна во всем.

Голос артиста с его редкой красоты тембром не был природным, а выработан им самим. Он первый, кто начал использовать грим и актерское мастерство, тем самым положив начало новой школе, новым традициям оперного исполнения.

В своих образах Шаляпин всегда добивался исторической правды. Он не терпел халтуры, оттого и сам был требователен к себе. Живое драматическое искусство – так можно назвать его творчество.

Главные празднования, посвященные юбилею артиста, пройдут в Уфе, городе, с которым связано начало профессиональной карьеры певца. В большом зале Башкирского государственного театра оперы и балета пройдет концерт «Парад басов». В Казани утром состоится богослужение в Богоявленском соборе, где певец был когда-то певчим и крестился.

В Москве же в мемориальной усадьбе певца откроется выставка «Мир гения в портретах». Подробнее о выставке рассказывает научный сотрудник мемориальной усадьбы Шаляпина Ольга Панкратова: «Наша выставка имеет свой ракурс. Потому что здесь Шаляпин предстает в работах художников, скульпторов, которые его окружали. Федор Иванович был необыкновенно пластичен, артистичен как на сцене, так и в жизни. Поэтому осталось много работ, которые фиксируют его не только во время творческого процесса, но и в повседневной жизни. Это, конечно, известный “Портрет Шаляпина” Коровина, рисунок Бенуа “Шаляпин гримируется”, это и эскизы к неосуществленному фильму “Борис Годунов” Курилко-Рюмина, и еще несколько портретов, которые стоит увидеть, потому что на них Федор Иванович всегда разный».

У Федора Шаляпина было всего три класса приходского образования, но благодаря своей восприимчивости, любви к чтению, тяге к интересным людям, к искусству он быстро заполнял пробелы в знаниях. Брал уроки у известного солиста Большого театра Дмитрия Усатова, который так и остался первым и единственным вокальным педагогом певца. Помимо этого он всегда учился у тех людей, которые его окружали. Ольга Панкратова рассказывает, что в московской усадьбе певца бывали многие известные люди того времени. «Это и Константин Коровин, и Валентин Серов, Василий Поленов, Максим Горький, Иван Бунин, Сергей Рахманинов. Можно представить себе, какая это была творческая обстановка. Для Федора Ивановича же это были люди, которые не только окружили его своим дружеским теплом, но и образовали его».

Шаляпин всю жизнь работал над собой. На сцене он всегда стремился к исторической и сценической правде. Для того чтобы лучше раскрыть и показать образ, он брал уроки актерского мастерства. До него этого не делал никто! Всегда самостоятельно продумывая образ, в костюме он старался сохранить и передать его эпоху.

Он первый, кто начал использовать грим, даже специально учился искусству его нанесения. Делал эскизы к своим образам. Известно, что лишь для одной партии Мефистофеля у него было четыре заготовки грима! «Посмотрите на руки Шаляпина! Вы никогда не узнаете его кисть! Он “гримирует” кисть, и в каждой роли у него разная рука: то рука его очаровательна, то как грубая лапа… Шаляпин не смотрит свой жест, а чувствует в каждом движении…» – говорил о нем Станиславский.

Современники отмечали, что главной особенностью и доказательством художественного дарования, помимо уникального голоса Шаляпина, была его особая любовь к своим героям, необыкновенная его симпатия к образам. Именно это и принесло мировую известность Шаляпину, поразив итальянских зрителей во время его первых гастролей в Милане. Выступление Федора Ивановича в «Ла Скала» стало главным событием, в корне изменившим отношение зарубежного зрителя к русским певцам, русской опере.

Шаляпина пригласили на заглавную партию в итальянской опере «Мефистофель», которую не ставили уже десять лет. Безусловно, этим певец вызвал негодование и недоумение итальянских зрителей. Но более всего их удивило, что не Шаляпин платил деньги, чтобы спеть на их сцене, как это делали предыдущие русские певцы, а он сам назначил стоимость билетов. Дорошевич вспоминал о появлении Шаляпина на сцене: «Публика с изумлением слушала русского певца, безукоризненно по-итальянски исполнявшего вещь, в которой фразировка – все. Кидая в небо, туда наверх свои облеченные в почтительную форму насмешки, Мефистофель распахнул черное покрывало, и показались великолепно гримированные голые руки и наполовину обнаженная грудь. Костлявые, мускулистые, могучие…» Театр «дрогнул от рукоплесканий». Итальянская публика была поражена Шаляпиным, а ведь ему было всего 28 лет. Певец же был горд тем, что «представлял русское искусство, еще не имеющее должного престижа на Западе, в самом строгом из городов мира – Милане».

«В преклонении перед его талантом сходились все… И слух о нем прошел по всей земле, не только по Руси великой», – сказал о Шаляпине Рахманинов. Действительно, Шаляпину рукоплескал весь мир. За всю жизнь он дважды объехал Европу с гастролями, выступал во многих частных труппах. Но главными в его становлении были три театра: Мариинский, Частная опера Мамонтова и Большой театр.

Федор Иванович осознавал, какое место он занимает в искусстве. Но все же он не был полностью удовлетворен собой. «Я искренне думал и думаю, что мой талант, так великодушно признанный современниками, я наполовину зарыл в землю, что Бог отпустил мне много, а сделал я мало. Я хорошо пел. Но где мой театр?»

За это время сменилось много поколений исполнителей. И все они сохранили и продолжили сценические традиции и исполнительскую школу Федора Ивановича. Людмила Дмитриевна Рыбакова, известный исследователь творчества певца, говорит, что когда русские певцы, выступая за рубежом, достигали блестящих успехов, критики в своих образах нередко вспоминали Шаляпина. Это ли не ответ великому исполнителю?

Ксения Тимошкина