Святая Гора  меняет восприятие действительности. «Прочищает», так сказать, органы чувств. Человек, вернувшийся из Афона, даже в звуке работающего перфоратора начинает слышать звучание клавесина, а в созерцании спящего бродяги – уснувшего ангела.

Крестьянский сын Филипп Малявин в своей родной Казанке, что в Оренбуржье, не испытывал зрение переизбытком красок. В природном пигменте русской деревни всегда доминировали охра, экрю и коричневая умбра, щедро заправленные глиной.  Глаз оренбургского крестьянина всегда испытывал дефицит красного и только в храме или по великим праздникам он мог немного утолить голод киноварью, кармином или бордо.

«ВИХРЬ» НАД РУССКОЙ ДЕРЕВНЕЙ

«Вихрь»

Возможно, нехватка киновари и дало скрытый импульс шестнадцатилетнему Филиппку Малявину отправиться на Афон, в православный монастырь Святого Пантелеймона. Здесь он шесть лет восполнял дефицит красного, подвизавшись послушником в монастырской иконописной мастерской. А потом, как часто бывает, его заметили.

Именитый скульптор Владимир Беклемишев, совершивший паломничество на Святую Гору, просто пленился работами иконописца-самоучки и «похитил» его в Санкт-Петербург. Из удела Богородицы в город цвета маренго крестьянский самородок увозил собой абсолютное чувство красного, которое уже спустя несколько лет взорвется «Смехом» над Парижем и «Вихрем» пронесется над русским искусством.

Алексей Плешанов