Главная задача дипломатии – предотвращение конфликтов между странами, а для достижения столь благородной цели все средства хороши. Этим принципом руководствовался граф Семён Романович Воронцов, представлявший интересы России в Англии больше двадцати лет.

Карьера графа Семёна Воронцова (1744 -1832 гг.) складывалась непросто. В 1762 г. юный поручик гвардейского Преображенского полка решительно выступил против свержения императора Петра III и оказался под арестом. Благодаря заступничеству влиятельных родственников, Екатерина II повелела дерзкого поручика освободить, но его «своеволия» никогда не забывала. Родственники поспешили увезти опального Воронцова из Петербурга. Он был советником посольства в Вене, участвовал в русско-турецкой войне, проявив себя храбрым и умелым офицером. В 1785 г. Воронцов становится послом в Англии.

Отношения между двумя державами были хуже некуда. Британский премьер Уильям Питт-младший стал душой мощной антирусской коалиции. Предпочитая душить противника чужими руками, он спровоцировал турецкого султана объявить войну России в 1787 г. Год спустя, к Турции присоединилась Швеция. Но война пошла совсем не так, как рассчитывали союзники: русские войска разбили шведов, принудив их к миру, турецкая армия терпела поражение за поражением. Однако неугомонный Питт продолжал плести интриги, он договорился с королём Пруссии: прусская армия атакует Россию при поддержке мощного британского флота. Воинственный премьер строил большие планы: «Мы не только превратим Петербург в жалкие развалины, но сожжём и верфи Архангельска, наши эскадры настигнут русские корабли даже в укрытиях Севастополя! И пусть русские плавают потом на плотах, как первобытные дикари». Холодной зимой 1791 г. русско-британские отношения накалились до предела. Ещё одна война могла стать для ослабленной Россия роковой. Воронцов получил инструкции из Петербурга: любыми средствами предотвратить конфликт.

Переговоры Воронцова с Питтом закончились провалом, британский премьер не желал компромиссов. И тогда русский посол решил напрямую обратиться к английской  общественности, бросив открытый вызов Питу: «Я всеми мерами буду стараться, чтобы нация узнала о ваших намерениях, столь противных ее интересам, и я слишком убежден в здравомыслии английского народа, чтоб не надеяться, что громкий голос общественного мнения заставит вас отказаться от несправедливого предприятия».

Воронцов и другие сотрудники русского посольства публиковали в английских газетах статьи об огромном экономическом ущербе, ожидающем Англию в случае войны, приводились конкретные цифры. Британцы – люди деловые, подсчитав все «за» и «против», они поняли: с Россией выгоднее торговать, а не воевать. И вскоре страну наводнили антивоенные брошюры и памфлеты против Питта. Результаты не заставили долго ждать. Матросы английской эскадры дезертировали, рабочие бастовали, даже предприниматели устраивали антивоенные демонстрации. Протесты нарастали не только в Лондоне, но и в других крупных промышленных городах – Манчестере, Глазго, Шеффилде. Митинги горожан принимали резолюции против политики правительства, на стенах домов появлялись надписи «Мы не хотим войны с Россией!». Популярность английского премьера пошла на убыль.

А граф Воронцов всё подливал масла в огонь, на котором  сгорали воинственные замыслы Питта.  Дипломат договорился с лидером оппозиционной партии вигов Ч. Фоксом выступить единым фронтом против военной авантюры премьера. В парламенте разгорелись нешуточные страсти. Ораторы оппозиции не жалели хлёстких слов в адрес Питта, заявляя, что им руководят исключительно личные амбиции, а не интересы страны. Особенно красноречив был Фокс, по словам Воронцова, он «говорил как ангел», и каждое слово политика шло на пользу русским интересам. Правительственное большинство в парламенте стремительно сокращалось, разногласия начались даже в кабинете министров, целиком состоявшего из сторонников Питта. Его политическая карьера повисла на волоске.

В конце концов, воинственный премьер сдался: не стал предъявлять ультиматум России и остановил отправку эскадры в Балтийское море. Более того, британский кабинет сделал шаг навстречу бывшему врагу. В мае 1791 г. в Петербург из Лондона прибыл чрезвычайный посол У. Фоукнер. После длительных переговоров компромисс между державами был достигнут. Лишившись британской поддержки, Турции пришлось заключить выгодный для России мир, а Пруссия без английского флота атаковать русских не посмела. Таким образом, «война за мир» Семёна Воронцова принесла России сразу три дипломатические победы – над Англией, Турцией и Пруссией.

По окончании кризиса Воронцов сообщил Фоксу о том, что Екатерина II в знак признания заслуг британского политика перед Россией установила его бюст в галерее дворца в Царском Селе. «А где же будет размещён  ваш бюст?» — осведомился польщённый Фокс. Воронцов усмехнулся: «Если ваш бюст императрица ставит, чтобы лишний раз взбесить Питта, то мой бюст способен взбесить саму императрицу». Впрочем, не будем несправедливы к Екатерине: оны была мудрой правительницей и умела ценить заслуги даже тех, кто был ей неприятен. Императрица наградила Воронцова орденом  святого Владимира I степени.

Вплоть до 1806 г. дипломат представлял интересы России в Англии. Выйдя в отставку, он поселился в Лондоне, где и скончался в 1832 г., будучи кавалером всех орденов Российской империи.

В наши дни крупные державы принуждают к миру небольшие государства с помощью «показательных» бомбардировок и военных интервенций, уносящих тысячи жизней. Жаль, что сегодня мало кто вспоминает «войну за мир» Семёна Воронцова, умевшего остановить агрессора, не проливая ни капли крови.

Дмитрий Казённов


Война за мир: Один комментарий