В современной Москве, с ее развитой инфраструктурой, часто безликими кварталами, с ее темпом жизни и смерти, кажется, уже нет места  уединения для обычного человека. Места, где можно побыть наедине с душой и с наследием веков. Но поверьте, за всеми этими кулисами остаются еще те крупицы старой Москвы. К сожалению, «народная тропа» к ним начинает зарастать.

В этом цикле статей мы постараемся вновь открыть для себя те небольшие островки первопрестольной, которые постепенно забываются самими москвичами. Мы будем их вспоминать, ходить, заново открывать и если это потребуется, биться за их право «быть».

Выходим из метро «Крестьянская застава», от метро поворачиваем направо и двигаемся вниз к Москве-реке по 3-му Крутицкому переулку. Невозможно не заметить, что дорога ближе к Москве-реке становится более крутой, или как говорили в старину «крутицкой». Именно от такого резкого, крутого возвышения левого берега Москвы-реки в этом месте, и пошло название современному топониму, отраженному в названиях улиц: Крутицкая улица, переулки и непосредственно нашему главному объекту — Крутицкому подворью.

С 3-го Крутицкого переулка сворачиваем влево на Крутицкую улицу и вновь своими собственными ногами ощущаем всю «крутицу» этого места. Наконец, по скользкой брусчатке добираемся до исконной цели — красавцу-памятнику московского зодчества XVI-XVIII вв. —  Крутицкого подворья. Непосредственно перед подворьем располагается скромная, даже нелепая деревянная калитка, за которой открывается панорама необычайной красоты гармонии архитектурных форм и объемов.

По преданию, здесь в XIII в., в тогдашнем еще селе Крутицы, московским князем Даниилом был основан храм, вокруг которого чуть позже образовалась мужская  обитель. Впоследствии монастырь стал Московским подворьем епископов Сарских и Подонских.

В XVI в. Крутицкие епископы получают митрополичий сан. В 1516 г. строится каменный Успенский собор, переделанный в кон. XVII в. под митрополичьи палаты. В этих палатах митрополитом Павлом II была учреждена крупнейшая по тем временам библиотека с редчайшими книгами и пергаменами святых писаний.

Конец XVII в. стал поистине расцветом Крутицкого подворья, как целостного архитектурного ансамбля, который дошел практически нетронутым до наших дней. В 1682-1689 гг. самым именитым московским зодчим Осипом Старцевым был выстроен новый пятиглавый Успенский собор, от которого шла каменная галерея с  изразцовым теремком, которые мы имеем удовольствие лицезреть и по сей день.

В XVIII в. начинается упадок Крутиц как православного центра, связанного с отменой патриаршества и секуляризацией церковных земель. Опустевшее подворье в конце XVIII в. было передано Военному ведомству, а церковное имущество и архивы епархии были перевезены в кремлёвский Чудов монастырь, который не сохранился до наших дней вместе с уникальной библиотекой Крутицкого подворья.

После пожара 1812 г. ансамбль Крутицкого подворья был обновлен. Новый декор получили теремок и шатровая колокольня Успенского монастыря. Во второй половине XIX в. на территории подворья выстраиваются каменные и деревянные дома (современные дома № 4, 6, 8, 11, 13 по Крутицкой улице).

В советский период Крутицкое подворье использовали под различные военные учреждения и склады. Здесь нельзя не упомянуть огромную роль московского историка, искусствоведа и реставратора Петра Дмитриевича Барановского, который буквально своими трудами отстоял снос уникального ансамбля в 1920-30-е гг.. В 1991 г. подворье было передано Русской Православной церкви. С 2007 г. Крутицкое подворье активно реконструируется (главное, чтоб без надрыва и фанатизма).

В настоящий момент Крутицкое подворье представляет из себя изящный  запустелый уголок, которых в центральной части Москвы осталось не так много. Парадная часть подворья с Крутицкой улицей и мостовыми отделана брусчаткой, также на данный момент отреставрированы жилые деревянные дома стиля развитой эклектики сер. XIX в.

Все эти мельчайшие тонкости погружают пришедшего сюда человека в атмосферу совершенно тихого провинциального городка. Все покрыто непознанным забвением старины, завораживающим дух.

Массивный четверик не оштукатуренного и необработанного храма Успения определенно создает доминанту всему ансамблю, его формы стремятся ввысь как символ духовного наследие предков. С парадной западной стороны к четверику пристроено более позднее изящное крыльцо выполненное в древнерусском стиле и завершенное шатром, заставляющее вновь и вновь пытаться постигнуть искусство древнерусского зодчества.

Другой архитектурной доминантой, безусловно, является теремок с мощной аркадой проездных ворот, и блестяще обработанный изразцовой керамической плиткой по всей плоскости фасада во втором уровне. В обработке фасадов теремка изразцами, в конце  XVII века, принимал участие известный московский мастер Степан Иванов.

В этой многопрофильной палитре красок и мотивов сложно найти хотя бы две схожих плитки, ведь всего мастером было использовано 2 тысячи разных изразцов, в основном с изображением растительных и геометрических мотивов.

При виде такой работы XVII-XVIII столетий, выполненной с таким изяществом и мастерством, невольно хочется остаться в этом забытом Московском дворике, где симфония архитектурных деталей и красок переполняют душу и тело. Крутицкое подворье — это даже не просто красивейшее место столицы, это целое откровение веков русского зодчества, православия и державности.

В настоящее время ансамбль еще далеко полностью не отреставрирован, но, на мой взгляд, это и к лучшему. Когда это место заиграет в объявлениях экскурсионных бюро, Крутицы потеряют свою неповторимую уединенность, которую так часто хочется найти каждому из нас. А на счет реставрации, я думаю здесь, как и во всей Москве, она будет глянцевой и бездушной, и все это прекрасно понимают.

Пусть фасады Успенской церкви и шатровой колокольни останутся неоштукатуренными и неокрашенными. Пусть задний двор с бывшими остатками церковных огородов, с детскими качельками и потрясающим по красоте крыльцом с разветвленными лестницами останутся нетронутыми.

Пусть даже где-то что-то отваливается, или крошится, поверьте  — это далеко не самое страшное.. Ведь если памятник, особенно такой величины как Крутицы, оставить в покое, он простоит и будет радовать глаз еще лет двести-триста, без всяких «научных» реставраций..

Илья Удовенко


Читайте также:

Крутицкое подворье. Безвестная гордость московской седины: 26 комментариев