Многие спрашивают меня – решил ли я стать православным уже тогда, когда был крещен как католик. Это не так, но действительно вокруг меня все больше французов принимает православие – по крайней мере, те, кто соприкасается с православными полюсами притяжения, такими как Россия, Греция или Сербия.

Французы в большинстве своем католики, по крайней мере, по своей культуре и традициям, это ни для кого не секрет. Тем не менее, Франция очень быстро дехристианизируется и равнодушие людей к религии все возрастает. За последние два-три десятилетия светский образ жизни утверждается как новая религия во Франции. Закон открыто выступает как одна из пружин обмирщения общества и, как следствие, исчезновения христианского облика французского общества. Если католики покидают церкви, то ислам, напротив, вовсю распространяется и переживает изрядный подъем, хотя и наталкивается на сопротивление французского законодательства и светского общества. Присутствие православия во Франции тоже возросла благодаря иммиграции, как я уже писал раньше. Народы православной традиции, в связи с перемещениями, принесли с собой свою веру и свои церкви. В некотором смысле существует  чисто формальное сходство между исламом и православием – в силе этих религий и в определенной решимости верующих. Православие не исчезло за 150 лет существования во Франции, точно так же как ислам явно не исчезнет во Франции в ближайшие 150 лет. Эти религии укоренились в генах своих народов и, судя по всему, их носители не желают с ними расставаться. Например, ни коммунизм в России, ни эмиграция в католическую страну не восторжествовали над православием.

Сегодня быть православным означает одновременно «быть в теме» и «самоопределяться» – в России, Сербии или Франции. Напротив, многие французы не испытывают сегодня особенного интереса к погружению в духовный мир и католическую религию, чтобы чувствовать себя безмятежно в современном мире.

Определенная сила и огромная привлекательность православия выражается в достаточно возросшем числе обращений в православие западных европейцев, выходцев из католического мира. Кто не знает в своем окружении смешанных семейных пар (например, франко-русских), где муж принимает православие и выбирает его для своих детей? Разумеется, это скорее случай смешанных семей, живущих во России – но ими дело не ограничивается.

В общем и в целом, единение православных с их церквями представляется гораздо более сильным, чем у католиков. Так почему же, например, французы принимают православие?

Многие среди западных христиан чувствуют, что граница между преходящим и духовным во Франции сглаживается, и что церкви десакрализуются.  Православие привлекает по простым и светлым причинам: прежде всего, величайшей чистотой православных литургий, но также и красотой и эстетикой контрастов, в моем понимании выраженных в иконографии и действительно  христологическом характере образа. Икона свидетельствует о Боговоплощении и приближает верующего к Богу через Его образ. Со своей стороны, я всегда выше ценил благопристойную скромность православных монастырей, чем излишество колоссальных католических соборов. Наконец, православная религия имеет еще одно глубинное различие с католической религией. Православие имеет духовный вес, в корне отличный от католичества, и предлагает совсем другой взгляд на отношение к ближнему или на грех. Православная религия, особенно в России, подразумевает, что человек подвержен греху. Поэтому православные просят у Бога помощи естественным, здоровым и глубоким образом. Кроме того, с православными духовными практиками не могут тягаться учения Востока.

Оригинальная сила православия, это сочетание целостности, простоты и постижимой красоты, на мой взгляд, обеспечивает его успех. Без сомнения, грядущие десятилетия будут временем «православной весны», важной для великой мировой общности христиан.

Александр Латса

Перевод Ф. Панфилова

Фото с) о. Максим Массалитин http://www.flickr.com/photos/massalim



Читайте также: